Елабужанка попала в сериал

02.10.2019 17:42 0

Елабужанка попала в сериал

В фильме по роману Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза» снялась елабужанка Эльмира Хамитова. Сериал должен выйти этой осенью на телеканале «Россия 1». В массовых сценах участвовала не только она, но и ее девятилетний сын Рубин.

О себе и своем участии в кино­съемках Эльмира рассказала на­шему корреспонденту.

— Как Ваша жизнь связана с Елабугой? Где Вы живете сей­час и чем занимаетесь?

— Это город моего отроче­ства. Я жила в Елабуге с 1986 по 1991 год. Переехали мы туда из Набережных Челнов в связи с тем, что моего отца Рафаэля Ра­химовича Хамитова назначили заведующим гороно. Мне тогда было 10 лет. Училась я в школе №1, тогда только что построен­ной. С благодарностью вспоми­наю учителей, которые так мно­го в меня вложили — классного руководителя и учителя татар­ского языка Гузель Ибрагимовну Бондаренко, учителя музыки Еле­ну Сергеевну Устюжанину. В му­зыкальной школе моим педаго­гом по классу фортепиано была Лилия Сабитовна Петрова. Бла­годаря ей я влюбилась в музыку и после девятого класса поступи­ла в Набережночелнинское учи­лище искусств на отделение фор­тепиано.

Потом была учеба в Казан­ской консерватории на факульте­те татарского музыкального ис­кусства. Окончив учебу, вышла замуж и осталась жить в Казани. Работаю научным сотрудником в музее Салиха Сайдашева. У ме­ня двое детей. К слову, дочь Эн­же в этом году поступила в теа­тральное училище, чему я очень рада. Елабугу мы не забываем, часто приезжаем в гости к моим родителям.

Сколько лет Вам сейчас? В каком возрасте Вы начали сниматься?

— Мне 40. Активно снима­юсь в массовках с прошлого года. Большое кино пришло в Казань и захватило меня в свой очарова­тельный плен (смеется).

— Какую роль Вы сыграли в «Зулейхе»?

— У меня там не одна, а не­сколько ролей. В сериале я и ре­прессированная поселенка-жи­тельница села Семрук; и секре­тарь-машинистка из НКВД; и вдова, провожающая на приста­ни односельчан, уходящих на фронт; и мама мальчика, кида­ющего снежки в чучела буржуи­нов, набитые соломой; и узница подвалов пересыльной тюрьмы.

— Кто предложил Вам сни­маться?

— Объявление о наборе лю­дей для участия в массовых сце­нах этого фильма я увидела в ват­сапе. Заинтересовалась и позво­нила. Мне рассказали об усло­виях: берут только стройных и худеньких, ведь надо будет изо­бражать репрессированных лю­дей, изможденных голодом и тя­желыми условиями жизни. А у меня лишнего веса не было. Вто­рое условие — участие в съем­ках в рабочее время, при необ­ходимости целый день, у меня такая возможность была. К тому же мне как музейному работни­ку и с профессиональной точки зрения полезно было окунуться в атмосферу репрессий тех лет и прочувствовать, как жилось тог­да людям.

Главное в массовке — выпол­нять все указания режиссера и максимально естественно себя вести. А самым сложным для ме­ня было требование воздержать­ся от маникюра, покраски бро­вей и волос. Категорически за­прещали новомодный тюнинг лица и тела. Поэтому все эти ме­сяцы приходилось довольство­ваться естественной красотой, ведь не зря говорят, что искус­ство требует жертв (смеется).

— Как прошел первый съе­мочный день? Чем он запом­нился?

— На первые съемки я попа­ла в октябре прошлого года. Нас привезли на берег Камы, где бы­ли подготовлены декорации по­селка Семрук. По сюжету главную героиню — Зулейху — репрес­сируют и высылают в Сибирь. Ее и других людей везут на катере и высаживают на безлюдный и необжитый берег Ангары. Голые камни и больше ничего. И вот по­селенцы строят там поселок и да­ют ему такое странное название. При строительстве большая ра­бота легла на дровосеков, их бы­ло четверо, один из них — одно­рукий. «Семь рук», — говорили про них. Так и закрепилось это название.

До съемок нас очень долго и тщательно одевали костюмеры. Они сами застегивали пуговицы, заворачивали рукава, завязыва­ли платки и шали и строго требо­вали ничего не менять. Вся оде­жда была из натуральных тканей, покрой соответствовал тому вре­мени. А вот вязаную паутинку, подаренную мне покойной све­кровью, разрешили накинуть на плечи — она совпадала по сти­лю с одеждой, в которую нас об­лачили. На нас были сапоги из на­туральной кожи в стиле модниц 20-30 годов прошлого века.

Погода стояла солнечная — настоящее бабье лето. Играл ба­ян, над рекой разносилась пес­ня «Крутится, вертится шар го­лубой», мы танцевали напротив клуба. Удивительно, что именно эту песню меня в детстве часто просили спеть родители. Что я и делала, взобравшись на табурет­ку (смеется). Как причудливо по­рой перекликаются какие-то со­бытия жизни!

Приятно, что массовку кор­мили полноценным обедом, а чай со сладостями можно было попить в любое время.

— Как долго шли съемки?

— С октября 2018-го по ян­варь этого года.

— Как получилось, что и сынок попал на них?

— По объявлению о наборе мальчиков для дублирования главного героя и участия в мас­совых сценах. Его взяли в ту сце­ну, где мальчишки кидают снеж­ки в чучела буржуинов, набитые соломой. Действие происходи­ло на импровизированной сце­не перед Спасской башней Ка­занского Кремля в январе. Руби­ну тогда исполнилось девять лет. Изображая уличного хулигана, он лепил снежки и бросал их по команде.

А во второй половине того же дня нас «утрамбовали» в под­валы Казанского кремля, где мы изображали репрессированных людей, ожидающих отправки в Сибирь.

Рубину достался второй этаж деревянных нар. Он, играя, вер­тел в руках веревочку от холщо­вых мешков, на которых сиде­ли взрослые. Такие «игры» впол­не могли быть у тех, чье детство пришлось на те страшные годы. Съемки шли долго. В подвале, где нас было около 50 человек, сто­яла невыносимая духота. Позво­лялось только выйти в туалет и выпить стакан воды. Выглядели мы очень уставшими и измучен­ными, что и требовалось для до­стоверности сцен. За десять ча­сов съемки Рубин успел поспать на нарах. Так он в какой-то степе­ни прочувствовал, каково это — страдать безвинно, прикоснулся к истории.

— Если это не коммерче­ская тайна, сколько платят за такую съемку взрослым и де­тям?

— 700 рублей за съемочный день. Независимо от того, шли съемки полчаса или 18 часов. Это за обычную массовку. Если надо нырять в воду или прыгать с вы­соты, оплата, конечно, выше.

— Видели ли Вы Чулпан Ха­матову и Гузель Яхину?

— Чулпан приезжала на съемки сцены проводов мужчин поселка на фронт и на сцену в подвале, когда она вырывает из рук Баширова отравленный ку­сок сахара.

Мы близко старались не под­ходить, чтобы не нарушать рабо­чий процесс. А после съемки у нас была возможность быстрень­ко сделать селфи с актрисой.

С Гузель Яхиной была творче­ская встреча, во время которой любой желающий мог задать во­прос и взять автограф.

Приятно удивило, что и ис­полнители главных ролей, и ав­тор романа с уважением и тер­пением относились к поклонни­кам, давали автографы всем же­лающим, фотографировались и отвечали на вопросы. Никакого намека на звездность.

— Чему Вы научились за время съемок? Что нового для себя вынесли?

— Во время сьемок словно проживаешь целую новую жизнь. Растворяешься в этом твор­ческом процессе, окунаешься в совершенно отличные от со­временности обстоятельства. Вспомнила в эти дни деревню в Алькеевском районе, где жили мои бабушка и дедушка, у кото­рых я гостила в детстве.

Бесценны новые знакомства, перерастающие в дружбу. Они особенно дороги в нашем оциф­рованном и стремящемся к обо­соблению мире.

— В каких съемках Вы уча­ствовали после «Зулейхи»?

— Моя анкета попала в базу данных актеров массовых сцен, и, как говорится, пошло-поехало. В ролике ко дню рождения Тукая я сыграла маму поэта — Бибимэ­мдунэ. Потом снялась в клипе ка­занской музыкальной группы. Те­перь это мое хобби, увлекатель­ное и приносящее прибыль (сме­ется).

— С каким чувством Вы ждете выхода фильма?

— С трепетом. С чувством причастности к чему-то очень важному и нужному.

Конечно, каждый актер мас­совых сцен будет под микроско­пом и на «паузе» рассматривать каждый миллиметр фильма, чтоб увидеть себя и друзей, подруг. Но важно не это. Важно, что вся страна с нетерпением ждет вы­хода этой истории и что эта исто­рия про нас — про наших бабу­шек и дедушек, про татарскую женщину, хрупкую, терпеливую, но такую сильную.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

В Самарской области продали почти 27 тысяч цифровых приставок Разлученные в роддоме Елабуги близнецы встретились спустя 45 лет Делать добро просто Самарец задушил утку на озере в парке Металлург В Татарстане мужчина нанес знакомому 57 ножевых ранений

Последние новости