Колокольные тайны и пантомима

Колокольные тайны и пантомима

Алексей ТАЛАШКИН, звонарь, автор и режиссер фильма «Зов чингисского колокола», Новосибирск
Чтобы УЗНАТЬ историю колоколов, уничтоженных в годы репрессий, Сибирский центр колокольного искусства совершил 15 экспедиций в село Чингис Ордынского района. Сейчас мы готовим к изданию книгу — рассказ о том, как в 1937 году в Чингисе закрыли храм, а колокола увезли и утопили в реке. Об этом сохранились легенды, предания. Чингис и все, что связано с поиском, — это большой отрезок жизни, в который вовлечено много людей, вложено много сил и любви.
Мы, участники экспедиций, не были специалистами в области поиска, но мы ими становились. Побывали в селе, встречались с очевидцами тех событий и по невероятному стечению обстоятельств находили фрагменты колоколов — как будто осколки сами к нам выходили. Открывалась история жизни сибирского села, открывались человеческие судьбы. (Подробности в статье «О чем звонит Сибирский Китеж?» в номере «Советской Сибири» от 12.10.2016. — Прим. ред.)
Колокольный звон пленил меня ощущением радости, которая рождается, когда его слышишь, но особенно когда звонишь сам. Я потом понял: звон возносится к небу и возносит слушателей вслед за собой. В нем заложена какая-то тайна, еще не разгаданная. К сожалению, мы, современные люди, не понимаем язык колоколов, но зато у нас, звонарей, одно большое дело на всю жизнь —постараться возродить это искусство.
Я режиссер пантомимы. Как пришел в профессию? В детстве слушал пластинки с выступлениями Евгения Петросяна, заучил несколько монологов, потом читал их в красном уголке Каргатского маслозавода. В школе и педагогическом университете был капитаном команд КВН. Когда выступали в Казани, я встретил там моего будущего педагога Илью Рутберга, после этого состоялся переход от КВН к театру. Поступил в Московскую академию переподготовки работников искусства, культуры и туризма.
На третьем курсе мне досталась роль семинариста Хомы из повести Гоголя «Вий». Здесь я впервые столкнулся с текстами молитв. Стал ходить в московские храмы. Мне нужно было понять, что такое молитва, почувствовать всю атмосферу. Во время «третьей ночи», когда панночка на меня наседала, звонил колокол. Просто включали звук, и в процессе репетиций целый месяц мы жили этим звоном. Практически я ощущал бока этого колокола: он был такой синий, в ночи, а я в него звонил…
Целый год я отправлялся с остановочной платформы Правая Обь домой в Каргат, к маме. Электричка уходила в девять утра. В это время в соборе Александра Невского звонили благовест, переходящий в трезвон. Однажды мне приснился сон: я пробую звонить в колокол. Так все потом и сложилось.
Да, я счастливый человек, потому что люблю жизнь, люблю людей, радуюсь всему, что в жизни происходит. Бывают и неприятности. Например, недавно я потерял большие деньги, но, как говорится, слава богу, что деньгами взял Господь. Все, что происходит, — не страшно, так и должно быть. Благодарю Бога за каждый день, радуюсь и потому счастлив.
Детство я провел в Каргате. Самые яркие воспоминания связаны с рекой, лесом, полем. Как-то раз теплым летним вечером начался дождь, а я ловил огромных пескарей — сантиметров по двенадцать длиной. Всегда хотелось что-то добыть, принести домой… Помню и трагическую историю, как коровы зашли на железнодорожный мост и их зарезал поезд. Разные случаи хранит память, и несчастные, и счастливые, но, конечно, детство манит. Ведь это же не просто детство исчезло — страна исчезла. От этого становится вдвойне больней, от невозвратности.
Хочу поехать в страну Камчатку. Еще, может быть, в Арктику. Куда-нибудь на Русский Север. Я за границей не был, но у нас настолько огромная Родина! Целые города за полярным кругом — большие, с инфраструктурой. Думаю, в том, что мы не боимся трудностей, проявляется русский характер.
Я читал книгу «Человек с железным оленем» про велосипедиста Глеба Травина, который в 20–30-е годы ездил вдоль арктического побережья. Жители Севера, когда его встречали, думали, что это черт едет — они никогда не видели ни велосипеда, ни такого обросшего человека. В 80-е годы пять велосипедистов-камчадалов решили повторить подвиг Травина и проехать по пятнадцати союзным республикам. Один из них, Александр Заочный, был армейским другом моего отца и даже заезжал к нам домой.
Какое ЗАВЕТНОЕ желание мог бы я загадать? Сейчас мы сталкиваемся с такой проблемой, как отсутствие звонарей. На колокольнях появляются механические системы — так называемые электронные звонари. На мой взгляд, это никак не продвигает наше колокольное искусство, а просто убивает. Я бы пожелал, чтобы эти приборы никогда не были востребованы.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Глава региона посетил производственную площадку ООО «Орикс» Костромичи на второй день праздников спалили баню Убийца лыжницы из Нижнекамска был обнаружен мертвым в пять утра 25-летний отец семерых детей поджег свой дом Ещё одно обвинение предъявлено бывшему директору СОФЖИ

Последние новости